January 19th, 2007

Klimt

Положение женщин

Частъ третья

Профессор истории Тереза Тэйлор (Charles Sturt University, Australia) написала критическую рецензию на книгу Суад "Сожженная заживо". В процессе работы, она пыталась встретиться с обеими авторами книги, Суад и Жаклин Тибо, но безуспешно. Ее рецензию целиком можно прочесть здесь: http://www.antiwar.com/orig/ttaylor.php?articleid=5801


Правда, история и убийство чести
Рецензия на Сожженная заживо
Тереза Тэйлор (перевод с сокращениями)

В последние годы в свет вышли два бестселлера на тему об убийстве чести в арабском мире. Книга Нормы Кхури «Запретная любовь» и «Сожженная заживо» Суад обе были изданы в 2003 году.  Обе книги не подтвержденные документально мемуары, которые предполагают, что читатель поверит автору на слово. В случае с «Запретной любовью» доверие читателя было обмануто. Это оказалось совершенно вымышленная история. Книга Суад «Сожженная заживо» в отличие от книги Кхури не подверглась внимательному рассмотрению. Но и это неоднозначное произведение.

Книга
«Сожженная заживо», опубликованная автором, скрывающимся под псевдонимом Суад, рассказывает историю палестинской девушки, которая выжила при попытке убийства чести, покинула родину в 1979 году и теперь живет под другим именем в Европе.
Книга сначала появилась на французском языке. В книги есть части от лица Жаклин, это Жаклин Тибо, которая давала интервью французским СМИ. Важно упомянуть, что это книга «восстановленной памяти». Суад не всегда знала о событиях, описанных в этой книге. В прошлом она говорила, что ее ожоги являются результатом несчастного случая. По странной причине медперсонал в больнице в Лозанне, где она проходила курс лечения, не были в курсе того, что эти ожоги результат покушения на ее жизнь. «Люди в больнице не знали мою историю.» Только недавно, после многих лет психических болезней она вспомнила, и воспоминания мучают ее: «Я бы хотела забыть все эти ужасные события, и в течение более 20–и лет я подсознательно именно это и делала.»
Согласно интервью, которые были опубликованы одновременно с публикацией книги, Суад даже разучилась говорить по–арабски. Она изменила свой внешний облик в результате пластических операций.
Некоторые ученые и психологи считают, что все рассказы восстановленной памяти являются вымыслом. Даже те, кто согласны принимать их в рассмотрение, как правдивые, подчеркивают, что они должны рассматриваться иначе, нежели обыкновенные воспоминания, и должны быть подтверждены независимо.  Например, в результате длинного расследования было установленно, что аналогичаная книга Биньямина Вилькомирского является результатом синдрома фальшивой памяти (http://en.wikipedia.org/wiki/Binjamin_Wilkomirski).
Есть много общего у мемуаров восстановленной памяти и у вымышленных мемуаров. Рассказы принимают крайние формы, рассказчики являются жертвами всевозможных ситуаций, и все, кого они встречают, оказываются садистами. Их выживание всегда чудо.

Жертва
История детства Суад — это история преследований. Она была неграмотна и крайне бедна, родители ее избивали ежедневно. Вся община полна ненависти, и женщины бесправны. Семьи, убивающие своих детей, уважаемы, и Суад утверждает, что тела мертвых детей выбрасывались на съедение собак. Рассказ Суад вскоре превращается в сплошную цепь убийств. В книге «Сожженная заживо» она описывает как является свидетелем одной смерти за другой. Детей душат, сестру удавили, попутчика на автобусе убил водитель. В магазине в деревне один из покупателей был обезглавлен, и голову его демонстрировали по всей деревне. Суад также является жертвой попыток убить ее. И отец и мать порознь пытались ее убить, но им это не удалось, что удивительно: им удалось убить восьмерых своих детей.
Когда Суад было лет 20, она забеременела не будучи замужем от соседа. Она утверждает, что она не знала имя его отца, что крайне необычно в замкнутом обществе палестинской деревни. Когда она была на седьмом месяце беременности, ее зять облил ее бензином и поджег. Ей удалось бежать. Она добралась до больницы на Западном Берегу, где медицинский персонал пытался ее убить, отказывая ей в медицинской помощи. Ее ребенок родился преждевременно и его жизнь тоже находилась в опасности от рук людей, желавших ему смерти.
Наконец Суад спасает женщина, о которой известно только, что ее зовут Жаклин. Жаклин утверждает, что она работала в организации «Земля людей» и занималась детьми, находящимися в трудных условиях. Суад, ее ребенок и Жаклин бежали в Европу к новой жизни.
Это удивительная история. В книге множество серьезных обвинений, но совершенно нет документальных свидетельств.

Деревня
Деревня Суад описана как удаленный хутор, настолько удаленный, что вы его не найдете на карте. Туда можно попасть только по неасфальтированной, практически непроходимой дороге. Ее семья настолько бедна, что не имели обуви даже когда шли на свадьбу. В другом месте, однако, она утверждает, что сестру удавили телефонным шнуром.
Это серьезная ошибка. Ни одна из деревень Западного Берега, подпадающие под ее описание, не имели телефонной связи до 1977 года. Более того, большинство меньших деревень до сих пор  не имеют телефонной связи. Если деревня Суад имела телефон, то она обязательно была бы на карте и к ней бы вела асфальтированная дорога и в ней была бы школа.
Как бы мимоходом Суад замечает, что и у нее и у ее родственников были телефоны, а также что в доме был водопровод. Некоторые утверждения касательно удобств в доме были убраны из английских [более поздних] изданий.
Она утверждает, что в детстве ездила с отцом, который работал около Тель–Авива. Ее деревня находилась в 40 км вглубь Западного Берега, а арабы с Западного Берега не имели права владеть землей в окрестностях Тель–Авива. Более того она пишет, что в 17 лет у нее не было документов. Другое описание путешествия в книге тоже говорит о том, что автор не в ладу с картой.
Жаклин утверждает, что спасла Суад увезя ее на самолете из Израиля. Это был беспосадочный перелет из Тель–Авива в Лозанну.  Однако нет прямых рейсов из Тель–Авива в Лозанну, и никогда не было; в Лозанне короткая взлетная полоса и потому международные рейсы не приземляются в Лозанне. Из Израиля можно лететь только в Женеву. Когда на это было указано издателю, его ответ был, что это было сказано специально, чтобы невозможно было определить местонахождение нового дома Суад в Европе.



Klimt

Положение женщин

Часть четвертая

Правда, история и убийство чести

Рецензия на Сожженная заживо
Тереза Тэйлор (перевод с сокращениями)
(продолжение)

Обвинения
Утверждения Суад, что женщины неграмотны и что девочек обыкновенно убивают не подтверждаются информацией о народе в целом. Суад утверждает, что «если бы я осталась жить там, я была бы нормальной, как моя мать, убивающая собственных детей. … Теперь я думаю, что это чудовищно. Но если бы я осталась там, я бы поступала точно так же.!» Если бы подобное поведение было нормальным, были бы документы его подтверждающие. Общества, практикующие инфантицид не могут это скрыть, рано или поздно это проявится в статистике населения. В населении Западного Берега соотношение между мужчинами и женщинами соответствует соотношениям Испании, Франции, Австралии. По статистике скорее мужское население, чем женское погибает до возраста 20–и лет.
В книге говорится что население Западного Берега сами регулируют собственную систему законов. «Земля красивая, но мужчины плохие. На Западном Берегу женщины борются за законы, которые бы их защищали. Но за законы голосуют мужчины. [Des hommes qui votent les lois]» Это из ряда вон выходящее утверждение. На Западном Берегу не существует функционирующей юридической системы. Население подвержено системе законов принятых в Израиле и в Иордании. У них нет своего государства.
«Сожженная заживо» допускает неточности и в вопросах частной жизни. Единственное описание Суад домашних обрядов относится к удалению волос на лобке. Это очевидно важная тема, поскольку она затрагивается пять раз в разных местах книги. И тем не менее практика описана неверно: «Волосы на определенных частях тела женщины воспринимаются как грязные, и я не могу перестать думать об этом. Мы не удаляем волосы на ногах, или под мышками, только на лобке.» Она также утверждает, что бритье лобка совершается ритуально перед свадьбой.
Арабские женщины удаляют волосы на теле: на ногах, под мышками, на лобке и на животе. Идея удаления волос исключительно на лобке поражает арабских коментаторов как очень странная. Снятие всего волосяного покрова традиционно перед свадьбой, но это не первый раз в жизни, когда производится удаление волос, волосы удаляются начиная с периода полового созревания. Об этом знает каждая арабская женщина. Невежество Суад в этом вопросе поразительно.
Самое сенсационное утверждение книги состоит в том, что медперсонал Западного Берега придерживается традиции неоказания помощи жертвам преступлений чести с тем, чтобы они погибли. Более того, утверждается, что незаконнорожденные младенцы рискуют быть убитыми, когда их помещают в палестинские приюты.
Утверждается, что Суад родила до срока без чьей–либо помощи в «кошмарных условиях». Его поместили в учреждение, где «дети умирают безо всякого объяснения причин». «Крысиная нора, а не приют для сирот,» — пишет Жаклин, которая описывает, как она нашла и спасла ребенка. За ним смотрели безжалостные люди, некоторые из них считали, что «он должен разделить судьбу матери, чтобы было одним ртом меньше.» Невероятно, что подобное обвинение делается без каких–либо документов или свидетельств.
Официальный пресс–релиз в США на момент издания книги сообщал, что у Суад перенесла ожоги на 90% покрова кожи, а британское издание сообщало, что ее ребенок родился на три месяца раньше срока. Теперь эти утверждения не столь значительны после того, как я послала запрос с выяснением столь невозможных утверждений. Лондонский издатель после этого заявил, что подобные утверждения были сделаны ошибочно.
Официальная версия теперь утверждает, что 60% кожного покрова было покрыто ожогами. Ребенок Суад родился семимесячным, а не шестимесячным, как указано в ранних французских изданиях. Исправления будут внесены в более поздние издания.
Но и при ожогах, покрывающих 60% тела невозможно выжить без интенсивной терапии. При американской системе ухода за ожоговыми больными, еще в 1960 г. врачи не могли спасти больных претерпевших ожоги на поверхности более 30% кожного покрова. А в 1980х годах ожоги, покрывавшие более половины тела приводили к смертельному исходу. И хотя в больнице Западного Берега не было американских условий, Суад выжила несмотря на ожоги, покрывавшие 60% ее тела. Жаклин пишет, что оказалась в этой больнице через несколько недель после того, как туда поместили Суад, и что Суад действительно не получала ухода.
Условия Суад в больнице были катастрофичные, ей не давали пить. «Я знала, что они хотели моей смерти, потому что им запрещено вмешиваться в случаях вроде моего.» Сестры срывали повязки и даже кожу.
В книге «Сожженная заживо» слишком много неправдоподобного. Если предположить, что медперсонал больницы желал ее смерти, необъяснимо, как она же выжила. Даже при оптимальных условиях уход за обожженными очень нелегок и часто кончается трагически из–за инфекции, обезвозживания или шока. Медицинская помощь должна быть оказана немедленно, и человек с ожогами 60% кожного покрова не может ждать помощи неделями.
Автор книги отказывается назвать больницу, где происходили все эти события.